Председатель Оргкомитета "МАЙНЕКС Дальний Восток" Михаил ЛЕСКОВ: Люди приходят на МАЙНЕКС за знаниями и связями

 Мероприятие соберет несколько сотен профессионалов, специализирующихся в вопросах разведки и добычи твердых полезных ископаемых на территории стран Евразийского континента. Этот форум известен многим профессионалам этой отрасли как крупнейший отраслевой демонстратор достижений, а также как эффективная площадка для установления и развития полезных контактов.

Председатель Оргкомитета МАЙНЕКС ДВ Михаил Лесков рассказал dvkapital.ru о самом форуме, а также о сфере добычи драгоценных и цветных металлов в ДФО.

- Михаил Иванович, сколько человек обычно участвует в дальневосточном МАЙНЕКС?

- Ряд последних лет здесь собирается около 300 человек, и это представители как геологоразведочной и добывающей отрасли (руководители и ведущие специалисты геологоразведочных и горных предприятий, банков, финансирующих данную отрасль, властных структур и регуляторов, курирующих эту сферу, консультантов, научно-исследовательских и проектных организаций, сервисных компаний и поставщиков оборудования и материалов для данной отрасли), так и других смежных отраслей (энергоснабжение, связь, транспорт и др.), которые хотят получить информацию и контакты, необходимые для развития своего бизнеса в данной сфере. Необходимую и для того, чтобы приобрести новые знания, повысить квалификацию, получить новые знакомства, а также укрепить старые связи. Мы стараемся организовать такой формат мероприятия, который обеспечивает существенный эффект и для целого ряда отдельных компаний, и для отрасли в целом.

- Какова ключевая тема конференции?

- Традиционно, мы ведем перманентный серьезный диалог о сегодняшнем дне и его задачах, о том, что ждет нас впереди и как действовать в сложившихся условиях. МАЙНЕКС необходим и для управляемого диалога между теми, кто расположен за противоположными сторонами стола переговоров. Как в природе все стремится к энтропии, так и дискуссии обычно начинаются со взаимного недопонимания, и полезно, чтобы велась профессионалами к скорейшему достижению понимания и взаимодействия. В отрасли присутствуют существенно различающиеся виды бизнеса, например, геологоразведка и добыча, и так далее. То же касается взаимоотношений между горно-геологическим сообществом и российскими регуляторами рынка, а также отечественными и зарубежными инвесторами и финансирующими структурами.

Поэтому с самого начала это мероприятие было и остается интернациональным, разговор - многофакторным, всегда априори актуальным.

- Для чего все это нужно?

- Для того, чтобы у всех участников бизнеса в этой сфере вырабатывалось общее понимание ожиданий от отрасли, и сохранялось единство в выработке совместных стратегий развития предприятий, с учетом возможностей финансирования.

Скажем, у банкиров и недропользователей нередко заметны различные подходы к оценке одних и тех же факторов. Для представителей финансовых институтов «риск» - это скорее опасность. Для нас в отрасли риск – это, скорее, возможность, и это управляемая величина в вопросах производства, логистики, экономики и так далее. Очевидно, всё имеет свои границы – управление риском не распространяется на явления природы, но практически в любой отрасли есть свои факторы риска. Банки занимаются своим делом, у

них есть как внутренние ограничения, так и требования регуляторов. Но им нужно лучше понимать один из важных секторов экономики, чтобы принимать правильные решения и действовать в этой сфере.

МАЙНЕКС - это не какой-то узкий семинар, это обширная и эффективная площадка для выработки общего языка по широкому кругу профессиональных тем.

- Объединение такого количества отраслевиков в одном месте фактически для совместного «мозгового штурма» в течение двух дней – актуальный формат?

- Я поправлю вас: на МАЙНЕКС ДВ регистрируются не только представители горнодобывающего сектора. Анализируя список участников, порой задумываешься – а для чего конкретной компании участие в мероприятии, ведь она никакого отношения не имеет к разведке или добыче твердых полезных ископаемых. Например, нефтегазовые, энергетические, металлургические компании. А потом выясняется: все очень просто, есть у бизнеса собственник, и он понимает, что у этого бизнеса есть пределы – он занял всю нишу, которую хотел и мог занять. Но деньги есть, и желание выйти за рамки ниши – есть. Так у нас собственники строительной компании становятся владельцами горнодобывающей компании или юниорной. И это уже не отдельный частный случай, это достаточно массовое явление.

Люди приходят на МАЙНЕКС, слушают выступления, общаются с теми, кто уже реализует проекты в этой сфере, и затем принимают решение – входить или нет в тот или иной проект. И в дальнейшем продолжают свое образование и углубление знакомства с отраслью путем участия в таких конференциях как МАЙНЕКС, но уже с пулом своих сотрудников.

Когда инвесторы планируют заходить в новый бизнес, для них такие мероприятия – отличный способ дополнительной профподготовки.

- Вы хотите сказать, это образовательный проект?

- Есть и своеобразная образовательная составляющая, и нетворкинг, и GR, и PR, конечно, и HR в какой-то степени. Сам я уже сравнительно редко приношу с форума визитки новых знакомых, поскольку отрасль достаточно компактная и я уж очень давно в ней работаю, но часто получаю новые визитки старых знакомых, что тоже очень важно: с прошлого МАЙНЕКСа за год человек поменял работу и предстает в новом статусе. И это активный процесс, а как за ним уследишь без таких встреч..

- Отраслевые форумы – это новые связи и возможности?

- Безусловно. К примеру, нередко разговариваешь со знакомым, буквально держа его за пуговицу, очень неофициально, и выясняется, что он был бы не против найти новую работу. И тут ты понимаешь, что тебя как раз недавно о поисках такого специалиста спрашивали, и он имеет очень хорошие шансы на участие в определенном проекте, где компания и специалист могут быть взаимно полезны друг другу …

И еще раз повторюсь, бывает, появился какой-то участник как физлицо, а через год на МАЙНЕКС встречаешься – этот человек уже что-то приобрел в отрасли, и, возможно, стал уже и спонсором форума – есть движение, развитие. А через два-три года этот же человек уже вывел предприятие на определенный уровень и успешно продал свою долю, приходят новые представители этой компании А тот же собственник приходит на мероприятие уже с портфелем других, новых активов. Таких историй много. За те более чем 10 лет истории МАЙНЕКС ДВ, за 15 лет МАЙНЕКСа я наблюдал не однажды три-четыре таких цикла: нашел, вложился, развил, продал, приобрел новое… И такие примеры есть как среди российских граждан, так и среди зарубежных участников. В частности, несмотря на санкции, в 2014 году американцы приехали на нашу конференцию, удачно поработали, чудесно вложились, пользуясь как раз «эффектом низкой базы». Все можно – бизнес от политики далек.

- В ходе мероприятий вы подписываете какие-либо соглашения, резолюции?

- У нас все проходит спокойно, профессионально, в рабочей атмосфере, без призывов чего-то требовать и резолюций. Есть более важные вещи. А вот соглашения

между компаниями, соглашения компаний, в том числе зарубежных, с правительствами регионов – да, подписывались ранее не единожды. Посмотрим, что принесет МАЙНЕКС ДВ в этот раз.

- Скажите, что, на Ваш взгляд изменилось за эти годы, что существует МАЙНЕКС? И, например, какие перемены произошли в отрасли за последний год?

- Очень многое, и в коротком интервью я могу вспомнить лишь часть. Тут важно не просто констатировать изменения, но и понимать, к каким последствиям они привели. Во-первых, отрасль испытывает давление целого ряда факторов. Под отраслью я имею в виду совокупность всех участников – от регуляторов всех видов и финансистов любого рода до геологов и горняков. Все это сообщество испытывает давление, кадровое, в первую очередь.

- Настолько остра кадровая проблема?

- На сегодняшний день горнодобывающая отрасль – одна из наиболее динамично развивающихся в нашей стране, едва ли не лучше, чем оборонка или аграрный сектор.

Второе – у нас, по сути, локальный бум в этой отрасли уже на протяжении ряда лет. Да, порой он не слишком осознан, многие ходят и жалуются, говорят о недостатке ресурсной базы, о проблемах с геологоразведкой – все правда, но добыча золота в России с начала 2000х выросла втрое, превысив объем добычи даже всего Советского Союза в лучшие его годы. И это произошло буквально на наших глазах. Интересно, что часто говорят, мол, рудная золотодобыча – да, растет, а вот россыпная падает. Да нет же! Доля её упала, просто потому что рудная растет быстрее, но физические объемы добычи-то и тут выросли!

- А в финансовом выражении?

- Безусловно, отрасль очень окрепла за эти годы. Что важно – в период максимального санкционного давления – окрепла еще сильнее. Тут нет парадокса: если основные издержки у нас рублевые, а курс рубля несколько снижается, этодает рост долларовой маржи. Такой рост резко ускорялся в периоды, когда рубль относительно доллара «падал». Да, этот рост был временным, он стабилизировался после … но такие ситуации были. И они очень помогали проектам разведки и добычи золота.

- Михаил Иванович, говоря о планировании, верно ли я понимаю, что сейчас наблюдается всплеск интереса инвесторов к новым отраслевым нишам на Дальнем Востоке страны, и это становится тенденцией?

- На наших глазах, одновременно со стремительным развитием и укреплением промышленности по добыче драгоценных металлов (золота, серебра, платины) и после длительного спада активности в постсоветский период, вновь происходит довольно энергичное развитие проектов по добыче цветных металлов. Отрасль восстанавливается теперь во многом уже на иной организационной, технологической и финансовой базе, которая обеспечивает ей большую устойчивость за счет сочетания нескольких факторов. Сегодня это современные самодостаточные производства, без привязки к государственному финансированию и без тех перекосов, которые наблюдались ранее с «отраслевым монополизмом» и иными негативными чертами. Новые предприятия более разнообразны, используют различные бизнес-модели, управляются различными собственниками, а значит, состязаясь и конкурируя, как это ни странно, обмениваются наилучшими достижениями и практическим опытом, вместе развиваясь количественно и качественно.

Все это дает почву для роста такого масштаба и темпов, которого мы не видели даже в лучшие советские годы. Быстринка (Быстринский ГОК, построенный в Забайкальском крае), Удокан, реализуемый в том же регионе, Малмыж в Хабаровском крае, Баимка (ГДК Баимская) на Чукотке – это все очень сложные и крупные проекты. И если Малмыжское медно-порфировое месторождение еще находится в сравнительно развитом, «теплом», скажем так, инфраструктурном окружении, то Баимка во всех

отношениях находится в намного более «суровом» климате – инфраструктурном и физико-географическом. Это крупные проекты, реализуемые с большим напряжением сил, и они демонстрируют энергию своих реализаторов, что очень радостно наблюдать тем из нас, кто долгое время знал об этих проектах и не мог дождаться начала их развития.

- В чем отличие направления цветных металлов, той же меди, от золотодобычи?

- Горизонт развития даже средних по размеру проектов по добыче цветных металлов всегда длиннее, чем порой у самых сложных и масштабных проектов по добыче золота. «Планка входа» (объем стартовых инвестиций) в такие проекты в разы выше, чем даже в сопоставимые по сложности золоторудные проекты. Здесь больше нагрузка на внешнюю инфраструктуру, требуется большее количество рабочих рук и более широкий спектр их специальностей. Эффект от таких производств, особенно если это не просто ГОК, производящий концентраты, а ГМК, производящий по крайней мере черновые (нерафинированные) металлы, соответственно, тоже обычно протяженнее и весомее, поскольку они обычно дают возможность производить продукцию достаточно высокого передела, с соответствующим объемом отчисляемых налогов и создаваемых рабочих мест.

- Вы убеждены в отраслевой трансформации? Теперь добыча металлов в ДФО не будет ограничена узкой специализацией добычи только золота?

- На наших глазах происходят фундаментальные изменения в картине горной отрасли промышленности Дальнего Востока. После долгих лет застоя и даже разрухи, в последние 10-15 лет начали строиться действительно крупные и современные производства драгоценных, цветных и даже черных металлов. Появились, как я уже сказал, крупные стройки медных комбинатов. Начинается восстановление и развитие добычи олова. Появляются первые элементы успеха.

- Чем обусловлено то, что инвесторы начали вкладываться в эти проекты?

- К изменениям привели несколько обстоятельств. Во-первых, развитие золотодобычи: наработанные кадры, современные подходы к освоению объектов и реализации достаточно крупных проектов, наработанный инструментарий теперь можно применить к проектам добычи других металлов.

Второе – появились деньги, в том числе в руках у ряда профессионалов, тех, кто ранее работал в крупных профильных компаниях. Получив знания плюс деньги, эти люди поняли, как могут применить их в смежных отраслях. Надо сказать, что их примеры в геологоразведке и добыче руд, как я уже сказал, действует заразительно и на представителей других отраслей - бизнесменов и управленцев из строительной индустрии, нефтегазового и энергетического секторов и так далее.

- Им проще зайти в новую сферу деятельности?

- Да, нередко, выйдя из бизнеса в привычных им ранее сферах, причем из значительно укрупнившегося уже бизнеса, они имеют сравнительно немного шансов занять еще более прочные позиции в прежней отрасли, поскольку с ростом размеров бизнеса в любой сфере конкуренция становится острее. А вот ниши в каких-то иных сферах, в т.ч. в добыче полезных ископаемых, вполне могут быть тем самым новым делом и объектом новых инвестиций.

- В том числе работа на освоенных в советское время месторождениях?

- Безусловно, реконструкция действующих производств, и даже отвалы бывших рудников, хвостохранилища обогатительных фабрик, остановившихся более 15-20 лет назад – это как раз тот самый вариант, который по некоторым параметрам может оказаться не то что проще, но технически комфортнее, чем строительство нового рудника «с нуля».

- Но золото по-прежнему будет держать первенство?

- Конечно, по всей видимости, в ближайшие годы оно сохранит в целом лидерство и по количеству предприятий, и по количеству задействованных кадровых ресурсов. По сути, золотодобыча – это начальная школа для горной отрасли, питающая кадрами как

саму отрасль добычи благородных металлов, так и иные смежные отрасли, начавшие развиваться благодаря успехам золотодобычи на Дальнем Востоке России. Обо всем этом и многом другом вы можете узнать в ходе очередной конференции МАЙНЕКС ДВ, которая скоре, 25-26 июля с.г. состоится в Хабаровске.

Беседовала Марина Кравченко.

Журнал "Дальневосточный капитал".